1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
Выпуск газеты Сегодня №55 (1103) за 12.03.2002
Выпуск газеты Сегодня №55 (1103) за 12.03.2002
ОСВЕЩЕНИЕ НА "ОЛИМПИЙСКОМ" ПОТУСКНЕЛО НА 60%
Перед Олимпиадой-80 на Республиканском стадионе установили мачты освещения. Поговаривают, четыре вышки высотой 90 метров на десятки метров спрятаны под землю и залиты бетоном, точнее каждая посажена на 16 свай длиной 24 метра. Первая мачта на стадионе была поставлена на зыбкую почву, и ее больше недели раскачивало по сторонам, потом опора устоялась. Тогда дали им гарантию -- 10 лет можно жить без ремонта. Прошло 22 года. Решили проверить. Первое, что узнали -- их ни разу не ремонтировали.
Захожу в центр управления освещением -- бункер из бетонных стен, без окон.
-- Это и есть сердце "Олимпийского". Отсюда прожекторы включают по группам, например, в виде буквы "г", -- разъясняет Василий Литвинюк, начальник энергослужбы стадиона. -- Схема освещения примитивная, но надежная. В случае аварии выходит из строя только часть лампочек. Если выбивает в одном месте -- не страшно: для перестраховки установлено несколько линий блокировки. Плохо только, что с бункера вышек не видно, для связи электрики пользуются телефоном.
На международные матчи стадион всегда освещался на "все сто". Но сейчас мощность освещения, по сравнению с той, что была в советское время, упала на 60%.
Для союзного телевидения было нормой засветить всего лишь по полопоры. Чаще горели нижние лампы "гитары" (прикрепленные к мачте балконы с прожекторами) -- электрикам было легче менять перегоревшие лампы, срок годности которых 160 часов. Когда же матч по телевизору не показывали, включали по 24 прожектора сверху и снизу на каждой мачте.
Все вышки пронумерованы по часовой стрелке (1-я находится со стороны гостиницы "Русь"). Под каждой -- трансформаторная подстанция, пульт управления. Для восхождения выбираем опору № 4 (ее, кстати, переваривали во время строительства). Дверь ее бетонного основания открывает электрик Максим. Внутри -- вертикальная лестница.
-- Зимой на опоры мы не поднимаемся. Делаем это за день-два до футбольного матча, -- рассказывает парень. -- Включаем освещение, проверяем прожекторы (всего их 528), меняем лампы.
В 80-е за одну игру перегорало 1-2 лампочки, теперь гораздо больше. Как-то во время матча со "Спартаком" пропал свет на одной опоре. Не прошло и полминуты, как его включили, но этого хватило, чтобы болельщики подняли шум на трибунах.
Карабкаюсь вверх за Максимом. Внутри мачта освещена тусклыми лампочками. На металлических 100-миллиметровых стенах толстые кабеля (диаметр мачты внизу около 4-х м, вверху -- 2,8 м). Минут через пять мы на нижнем ряду "гитары". Отсюда видно полгорода, внизу во всей красе чаша стадиона. На балконе валяется дюжина перегоревших ламп, каждая длиной полметра. За перилами закреплены прожекторы диаметром с колесо грузовика.
-- На одной мачте 132 прожектора, мощность одного 3,5 киловатта. Их прицелили на поле еще в 80-м, -- поясняет электрик. -- Так и стоят, трогать их нам запрещено.
Пробираюсь через люки по "гитаре" на верхнюю площадку -- всего их 16. Отсюда ведет мостик на верхушку мачты с молниеотводом. Одному человеку справиться здесь тяжело, и тем не менее за каждой опорой закреплен всего один электрик.
-- Если поднимаюсь сюда, то на весь день, -- говорит Максим. -- Две-три лампы беру с собой, остальные коллеги подают в мешке. Вытягиваю на веревке. Тут особая осторожность необходима -- груз легкий, его ветром сдувает (одна лампа стоит до 500 гривен).
Спускаемся вниз.
-- Проблем с освещением хватает, износ оборудования приличный. Поэтому его нужно менять, -- утверждает Василий Литвинюк. -- Нам предлагали импортные прожектора с пластмассовыми корпусами. Такие не подходят -- будут плавиться и быстро сгорать. Когда на стадионе матч Лиги чемпионов, свет горит 5 часов кряду (режим освещения рассчитан на 2 часа). Выручает прохладная погода осенью и весной, при высокой температуре трескаются кабеля и высыхают провода. Выключать освещение на время нельзя -- многократные пуски портят аппаратуру.
P. S.: Ели над "Олимпийском" построят крышу (ее проекта, правда, еще нет), то старое освещение станет ненужным -- свет с мачт будет закрывать козырек, и 90-метровые вышки придется демонтировать.
Захожу в центр управления освещением -- бункер из бетонных стен, без окон.
-- Это и есть сердце "Олимпийского". Отсюда прожекторы включают по группам, например, в виде буквы "г", -- разъясняет Василий Литвинюк, начальник энергослужбы стадиона. -- Схема освещения примитивная, но надежная. В случае аварии выходит из строя только часть лампочек. Если выбивает в одном месте -- не страшно: для перестраховки установлено несколько линий блокировки. Плохо только, что с бункера вышек не видно, для связи электрики пользуются телефоном.
На международные матчи стадион всегда освещался на "все сто". Но сейчас мощность освещения, по сравнению с той, что была в советское время, упала на 60%.
Для союзного телевидения было нормой засветить всего лишь по полопоры. Чаще горели нижние лампы "гитары" (прикрепленные к мачте балконы с прожекторами) -- электрикам было легче менять перегоревшие лампы, срок годности которых 160 часов. Когда же матч по телевизору не показывали, включали по 24 прожектора сверху и снизу на каждой мачте.
Все вышки пронумерованы по часовой стрелке (1-я находится со стороны гостиницы "Русь"). Под каждой -- трансформаторная подстанция, пульт управления. Для восхождения выбираем опору № 4 (ее, кстати, переваривали во время строительства). Дверь ее бетонного основания открывает электрик Максим. Внутри -- вертикальная лестница.
-- Зимой на опоры мы не поднимаемся. Делаем это за день-два до футбольного матча, -- рассказывает парень. -- Включаем освещение, проверяем прожекторы (всего их 528), меняем лампы.
В 80-е за одну игру перегорало 1-2 лампочки, теперь гораздо больше. Как-то во время матча со "Спартаком" пропал свет на одной опоре. Не прошло и полминуты, как его включили, но этого хватило, чтобы болельщики подняли шум на трибунах.
Карабкаюсь вверх за Максимом. Внутри мачта освещена тусклыми лампочками. На металлических 100-миллиметровых стенах толстые кабеля (диаметр мачты внизу около 4-х м, вверху -- 2,8 м). Минут через пять мы на нижнем ряду "гитары". Отсюда видно полгорода, внизу во всей красе чаша стадиона. На балконе валяется дюжина перегоревших ламп, каждая длиной полметра. За перилами закреплены прожекторы диаметром с колесо грузовика.
-- На одной мачте 132 прожектора, мощность одного 3,5 киловатта. Их прицелили на поле еще в 80-м, -- поясняет электрик. -- Так и стоят, трогать их нам запрещено.
Пробираюсь через люки по "гитаре" на верхнюю площадку -- всего их 16. Отсюда ведет мостик на верхушку мачты с молниеотводом. Одному человеку справиться здесь тяжело, и тем не менее за каждой опорой закреплен всего один электрик.
-- Если поднимаюсь сюда, то на весь день, -- говорит Максим. -- Две-три лампы беру с собой, остальные коллеги подают в мешке. Вытягиваю на веревке. Тут особая осторожность необходима -- груз легкий, его ветром сдувает (одна лампа стоит до 500 гривен).
Спускаемся вниз.
-- Проблем с освещением хватает, износ оборудования приличный. Поэтому его нужно менять, -- утверждает Василий Литвинюк. -- Нам предлагали импортные прожектора с пластмассовыми корпусами. Такие не подходят -- будут плавиться и быстро сгорать. Когда на стадионе матч Лиги чемпионов, свет горит 5 часов кряду (режим освещения рассчитан на 2 часа). Выручает прохладная погода осенью и весной, при высокой температуре трескаются кабеля и высыхают провода. Выключать освещение на время нельзя -- многократные пуски портят аппаратуру.
P. S.: Ели над "Олимпийском" построят крышу (ее проекта, правда, еще нет), то старое освещение станет ненужным -- свет с мачт будет закрывать козырек, и 90-метровые вышки придется демонтировать.