1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
Выпуск газеты Сегодня №38 (293) за 27.02.99
Выпуск газеты Сегодня №38 (293) за 27.02.99
Я АЗАРТЕН НА СЦЕНЕ И В ЛЮБВИ
"Интервью -- это игра," -- улыбнулся Сергей Маковецкий и отдался этой игре с присущей только ему легкостью. Великолепный актер (спектакли "М. Баттерфляй", "Лолита", "Любовь с придурком", фильмы "Макаров", "Про уродов и людей"), веселый, в меру ироничный собеседник -- он удивил меня той интеллигентной простотой, которая давно стала дефицитом у людей его круга и профессии. А еще -- какой-то чудом сохраненной детскостью...
ОТ ДУШЕВНОГО ДИСКОМФОРТА НЕ СПАСУТ НИКАКИЕ ДЕНЬГИ
-- В последний год на вас свалилось огромное количество званий: народный артист России, "Московский кумир", "актер, олицетворяющий новые тенденции в кино", а 13 января вручили "Золотой овен" -- Национальную премию кинопрессы за фильм "Про уродов и людей". Обилие наград тешит самолюбие?
-- Знаете как в "Золушке"? "Обидно не получать подарки, особенно если ты этого заслуживаешь." Согласитесь, смешно звучит "народный артист Америки Джек Николсон", зато у него сумасшедший гонорар. А у нас всегда считалось, что люди искусства не создают материальных ценностей, поэтому их держали на голодном пайке, но с наградами и званиями. Мне приятно получать награды. Естественно, когда их заслуживаешь и их дают. Но нет цели урвать их у коллег, чтобы обязательно стать лучшим. Все определяет работа. Стоят на подоконнике золотые слоны и статуэточки, лежит в ящике стола значок народного артиста, я захожу в комнату и они не мусолят мне глаза. Представьте, а если бы не было работы...
-- Вы были недавно в Венгрии, где за каждый съемочный день получали солидный гонорар. Как вы считаете, в России сегодня ваш актерский талант оплачивается адекватно?
-- (Со вздохом.) Що ж тут робить! Все равно сегодня моя семья может позволить себе больше, чем раньше. Я договариваюсь с моим агентом, чтобы взять со спонсоров по максимуму, но каждый раз возникает одно и то же: "нема грошей".
-- Вы никогда не отказывались от роли из-за низкого гонорара?
-- Никогда. Наоборот, была одна роль, которую мне очень хотелось сыграть, но режиссер видела на нее другого актера. А мне предлагала роль второплановую, но за очень большие деньги. И спрашивала: "Неужели я не смогу тебя купить?" Это был именно тот случай. Ведь пришлось бы играть и видеть, что вот она -- моя роль, абсолютно моя, а играет ее другой человек. Я бы нервничал, чувствовал дискомфорт, от которого не спасут никакие деньги. Уговорить ее дать мне эту роль так и не удалось. В конечном итоге фильм вообще не состоялся.
МЫ МОГЛИ ВОЗНЕНАВИДЕТЬ ДРУГ ДРУГА
-- Похоже, вам повезло. Вы играете преимущественно то, что по душе, и чистым ремесленничеством заниматься не приходится.
-- Слава Богу, удается этого избегать. Если вспомнить имена тех, с кем я работал, -- Хотиненко, Фоменко, Абдрашитов, Муратова, Балабанов, Прошкин -- это лучшие режиссеры нашей страны. И это были хорошие картины, да и деньги неплохие.
-- При этом вы 15 лет жили в общежитии -- с женой, взрослым ребенком...
-- И выжил. Нам удалось не испортиться. А могли возненавидеть друг друга. Каждый умел через что-то переступать, терпеть по-своему. Хотя это чудовищное состояние -- жить в общежитии.
-- Неужели это не било по самолюбию? Аплодисменты, награды, узнавание на улицах, а тут -- общежитие...
-- Беда в том, что я долго не обращал внимания на то, как живет моя семья. Все время работа, работа, театр, роли... А ребенку приходилось делать уроки в туалете, потому что не было посадочных мест. Сейчас я даже сам удивляюсь, как мы смогли пройти через это не озлобившись. Было всякое -- ругались, мирились. Мы не идеальны, но мы умели разговаривать. Конечно, люди не должны так жить -- никогда!
-- Сергей, коль вы признались, что не идеальны, скажите, приходилось спасать брак по другой причине? Я о хорошо известной всем заповеди...
-- Наташа, не задавайте таких вопросов. Есть хороший анекдот на эту тему. Но если серьезно... Я эту заповедь свято соблюдаю. Существует понятие верности и оно для меня важно.
НЕТ НИЧЕГО ХУЖЕ, ЧЕМ СТРАДАЮЩИЙ МУЖЧИНА
-- Ходило много разных слухов о вашем разрыве с Виктюком.
-- Мы замечательно работали и сделали семь спектаклей. Уже несколько лет мы не работаем вместе -- не потому, что стали друг другу неинтересны. В какой-то момент я почувствовал, что роли, которые мне предлагаются, напоминают цирковую лошадь, бегущую по кругу. Конечно, каждый круг -- разный. Виктюк уникально владеет формой, она для него -- уже искусство. И я прекрасно понимаю, что даже в этой форме я мог бы звучать по-другому. Но мне лично показалось это неинтересным и я соскочил с круга. Нет, мы ни в коем случае не разругались категорически, я просто ушел. Это не значит, что мы не сможем встретиться в какой-нибудь новой хорошей работе. (Задумчиво.) В принципе, это не имеет никакого значения.
-- В виктюковской "Рогатке" вы играли эдакого страдающего мужчину, прикованного к инвалидной коляске...
-- (Удивленно.) Страдающего? Нет, это не так. Хуже, чем страдающий мужчина, ничего нельзя придумать. Это безумно одинокий человек, а не страдающий. Знаете, я много таких вижу в Москве. Смотрю -- обрубок, полчеловека. Не представляю, как он живет. А он так чистенько одет, зато взгляд очень колюч. Так что в спектаклях у меня герои очень мужественные, сильные и влюбленные. Как Галимар в "М. Баттерфляй": создал себе идеал женщины и любил его до конца жизни. А когда понял обман, сам надел кимоно и сам ушел делать себе харакири. Или возьмите одноглазого Диму в "Полонезе Огинского": он влюблен в женщину, которая уехала, предала детство... Это замечательные характеры!
-- Вы сами часто сталкивались с предательством?
-- Нет, лучшие мои друзья меня, слава Богу, еще не предавали. Признайтесь, Наташа, а я вас переубедил насчет страдающих мужчин?
-- Вообще-то я имела в виду мужчину, страдающего от любви к юноше.
-- (С улыбкой.) А-а, вот вы о чем. Если человек сидит в коляске и его спасает молодой человек, значит обязательно между ними что-то произошло. (Жестко.) Ничего между ними не произошло. Это видно и в пьесе, и на сцене. Виктюк может много говорить о чичирках, манюрках и вселенской любви -- это его право и стиль. Но он целомудрен. Он не соединяет нас не то что на сцене, но даже на том свете. И потом, знаете, как говорит моя жена, "если тебя по-настоящему, искренне пожалеют в этой жизни, то разве знаешь, что может произойти с тобой конкретно в эту секунду? Будь то женщина, мужчина, животное... Разве это имеет какое-то значение?" А то, что говорят журналисты по поводу голубизны в спектаклях Виктюка, так они просто слегка царапают верхний слой штукатурки на стене. А там ведь еще такой слой всего другого -- снимать и снимать.
--Я полагаю, у вас уже нет ни зажима, ни волнения перед премьерой.
-- Зажима нет, а волнение -- конечно есть! В зале люди, и ты к ним с чем-то выходишь. Однажды Табаков, увидя как я нервно дергаю руками перед премьерой, сказал: "Что, волнуешься? Волнуйся-волнуйся! А вот если перестанешь, тогда пора будет и о смене профессии подумать."
ЕСЛИ Я ГОЛОДЕН -- НЕ ПОДХОДИ!
-- Вы не похожи на человека, который может дать в морду какому-нибудь подвыпившему нахалу. Способны за себя постоять не только на сцене, но и, скажем, в метро?
-- Почему нет? И такое бывало. Правда, я не люблю ездить в метро. На улице люди еще хотя бы "держат лица", изображая подобие улыбки, а когда в метро спускаются... Я в жизни достаточно трезвый человек -- понимаю, что сколько стоит и почем фунт лиха. Если надо будет, я надену масочку и пойду к чиновнику. Но я не прагматичен, не умею копить деньги. А деньги, как известно, любят деньги.
-- На что же вы их тратите?
-- На путешествия, на подарки. Очень люблю из поездок привозить мешок всякого разного и смотреть, как сын и жена всему этому радуются.
-- У вас есть дача с бассейном? Или с грядками?
-- Бассейна нет, а дача есть. Зеленый газон и грядка. (Весело.) "Грядка лука в огороде, сажень улицы в селе..." Никогда не считал, что художник должен быть голодным. Приехать после спектакля к друзьям, у которых есть сауна, попариться, потом поплавать в бассейне, посидеть в тишине, просто побыть вдалеке от сутолоки -- кому от этого хуже? Да, нельзя быть зажравшимся, но зачем быть голодным? Я, кстати, в таком состоянии вообще ничего делать не могу. Типично мужское качество: если голоден, ко мне не подходи. По тому как я вхожу в дом, моя Леночка всегда знает: нужно кусочек чего-то положить мне в рот и тогда можно разговаривать о чем угодно.
ДА, Я СНЯЛСЯ ДЛЯ "ПЛЕЙБОЯ"! ПОЧЕМУ НЕТ?
-- Позвольте узнать, а как вы в "Плейбой" попали?
-- Позвонил Артем Троицкий и предложил сняться для "Плейбоя". А я ему: "Вы что, с ума сошли? Я ж не до такой степени себя люблю!" Он объяснил, что у них специальная страничка с фотографиями известных людей в хороших красивых нарядах, да еще и сниматься это будет на Кипре. Почему нет? Я на Кипре никогда не бывал. И поехал. Жил в шикарных апартаментах, холодильник -- прямо в номере -- весь забит ликерами, водками, коньяками (я, правда, не пил -- была последняя Страстная неделя). А когда потом фотографии посмотрел, они мне очень понравились.
-- А если б предложили сниматься обнаженным?
-- (Категорично.) Нет-нет, ну что вы. Для чего? Здесь, кстати, важно даже не мое отношение, а ваше. Что напишут господа журналисты?
-- Могли б поэкспериментировать.
-- Зачем с вами экспериментировать? (С досадой.) Я, если честно, иногда не понимаю и пугаюсь того, что пишут в газетах. Знаю, раз выбрал эту профессию -- терпи. Но когда пишут заведомую ложь, она ведь может убить! Говорят, Сахаров умер, когда прочитал про себя какую-то гадость -- сердце не выдержало. Это чудовищное убийство. Вот ищу смысл и не нахожу: ну пишите про меня, что хотите, мне лично наплевать. Но есть же дети! Есть жены, друзья, врачи, которые могут поверить этому слову. И что потом? Оправдываться?
-- Признайтесь, вы азартный человек?
-- Я азартен в жизни, азартен в профессии, азартен в любви. Дико азартен возле столика рулетки, поэтому не играю. Не дай Бог я поставлю на число и оно выпадет, и мне придвинут вот такую гору фишек -- все, пропал. Я однажды просадил все, что у меня было, и у друзей еще одолжил. В общем, лет девять назад сказал себе -- больше не играю.
-- Вы иногда задумывались над тем, как сложилась бы ваша жизнь, если бы вы, как хотели, стали врачом?
-- А что было бы, если б я не поступил в Москве, если б не встретил жену, если б остался с одной девочкой, которая была в институте... Поверьте, хуже всего думать о том, как сложилась бы жизнь, если б пошел другой дорогой. Об этом можно только фантазировать. Но это фантазии не созидательные.
ОТ ДУШЕВНОГО ДИСКОМФОРТА НЕ СПАСУТ НИКАКИЕ ДЕНЬГИ
-- В последний год на вас свалилось огромное количество званий: народный артист России, "Московский кумир", "актер, олицетворяющий новые тенденции в кино", а 13 января вручили "Золотой овен" -- Национальную премию кинопрессы за фильм "Про уродов и людей". Обилие наград тешит самолюбие?
-- Вы были недавно в Венгрии, где за каждый съемочный день получали солидный гонорар. Как вы считаете, в России сегодня ваш актерский талант оплачивается адекватно?
-- (Со вздохом.) Що ж тут робить! Все равно сегодня моя семья может позволить себе больше, чем раньше. Я договариваюсь с моим агентом, чтобы взять со спонсоров по максимуму, но каждый раз возникает одно и то же: "нема грошей".
-- Вы никогда не отказывались от роли из-за низкого гонорара?
-- Никогда. Наоборот, была одна роль, которую мне очень хотелось сыграть, но режиссер видела на нее другого актера. А мне предлагала роль второплановую, но за очень большие деньги. И спрашивала: "Неужели я не смогу тебя купить?" Это был именно тот случай. Ведь пришлось бы играть и видеть, что вот она -- моя роль, абсолютно моя, а играет ее другой человек. Я бы нервничал, чувствовал дискомфорт, от которого не спасут никакие деньги. Уговорить ее дать мне эту роль так и не удалось. В конечном итоге фильм вообще не состоялся.
МЫ МОГЛИ ВОЗНЕНАВИДЕТЬ ДРУГ ДРУГА
-- Похоже, вам повезло. Вы играете преимущественно то, что по душе, и чистым ремесленничеством заниматься не приходится.
-- Слава Богу, удается этого избегать. Если вспомнить имена тех, с кем я работал, -- Хотиненко, Фоменко, Абдрашитов, Муратова, Балабанов, Прошкин -- это лучшие режиссеры нашей страны. И это были хорошие картины, да и деньги неплохие.
-- При этом вы 15 лет жили в общежитии -- с женой, взрослым ребенком...
-- И выжил. Нам удалось не испортиться. А могли возненавидеть друг друга. Каждый умел через что-то переступать, терпеть по-своему. Хотя это чудовищное состояние -- жить в общежитии.
-- Неужели это не било по самолюбию? Аплодисменты, награды, узнавание на улицах, а тут -- общежитие...
-- Беда в том, что я долго не обращал внимания на то, как живет моя семья. Все время работа, работа, театр, роли... А ребенку приходилось делать уроки в туалете, потому что не было посадочных мест. Сейчас я даже сам удивляюсь, как мы смогли пройти через это не озлобившись. Было всякое -- ругались, мирились. Мы не идеальны, но мы умели разговаривать. Конечно, люди не должны так жить -- никогда!
-- Сергей, коль вы признались, что не идеальны, скажите, приходилось спасать брак по другой причине? Я о хорошо известной всем заповеди...
-- Наташа, не задавайте таких вопросов. Есть хороший анекдот на эту тему. Но если серьезно... Я эту заповедь свято соблюдаю. Существует понятие верности и оно для меня важно.
НЕТ НИЧЕГО ХУЖЕ, ЧЕМ СТРАДАЮЩИЙ МУЖЧИНА
-- Ходило много разных слухов о вашем разрыве с Виктюком.
-- Мы замечательно работали и сделали семь спектаклей. Уже несколько лет мы не работаем вместе -- не потому, что стали друг другу неинтересны. В какой-то момент я почувствовал, что роли, которые мне предлагаются, напоминают цирковую лошадь, бегущую по кругу. Конечно, каждый круг -- разный. Виктюк уникально владеет формой, она для него -- уже искусство. И я прекрасно понимаю, что даже в этой форме я мог бы звучать по-другому. Но мне лично показалось это неинтересным и я соскочил с круга. Нет, мы ни в коем случае не разругались категорически, я просто ушел. Это не значит, что мы не сможем встретиться в какой-нибудь новой хорошей работе. (Задумчиво.) В принципе, это не имеет никакого значения.
-- В виктюковской "Рогатке" вы играли эдакого страдающего мужчину, прикованного к инвалидной коляске...
-- (Удивленно.) Страдающего? Нет, это не так. Хуже, чем страдающий мужчина, ничего нельзя придумать. Это безумно одинокий человек, а не страдающий. Знаете, я много таких вижу в Москве. Смотрю -- обрубок, полчеловека. Не представляю, как он живет. А он так чистенько одет, зато взгляд очень колюч. Так что в спектаклях у меня герои очень мужественные, сильные и влюбленные. Как Галимар в "М. Баттерфляй": создал себе идеал женщины и любил его до конца жизни. А когда понял обман, сам надел кимоно и сам ушел делать себе харакири. Или возьмите одноглазого Диму в "Полонезе Огинского": он влюблен в женщину, которая уехала, предала детство... Это замечательные характеры!
-- Вы сами часто сталкивались с предательством?
-- Нет, лучшие мои друзья меня, слава Богу, еще не предавали. Признайтесь, Наташа, а я вас переубедил насчет страдающих мужчин?
-- Вообще-то я имела в виду мужчину, страдающего от любви к юноше.
-- (С улыбкой.) А-а, вот вы о чем. Если человек сидит в коляске и его спасает молодой человек, значит обязательно между ними что-то произошло. (Жестко.) Ничего между ними не произошло. Это видно и в пьесе, и на сцене. Виктюк может много говорить о чичирках, манюрках и вселенской любви -- это его право и стиль. Но он целомудрен. Он не соединяет нас не то что на сцене, но даже на том свете. И потом, знаете, как говорит моя жена, "если тебя по-настоящему, искренне пожалеют в этой жизни, то разве знаешь, что может произойти с тобой конкретно в эту секунду? Будь то женщина, мужчина, животное... Разве это имеет какое-то значение?" А то, что говорят журналисты по поводу голубизны в спектаклях Виктюка, так они просто слегка царапают верхний слой штукатурки на стене. А там ведь еще такой слой всего другого -- снимать и снимать.
--Я полагаю, у вас уже нет ни зажима, ни волнения перед премьерой.
-- Зажима нет, а волнение -- конечно есть! В зале люди, и ты к ним с чем-то выходишь. Однажды Табаков, увидя как я нервно дергаю руками перед премьерой, сказал: "Что, волнуешься? Волнуйся-волнуйся! А вот если перестанешь, тогда пора будет и о смене профессии подумать."
ЕСЛИ Я ГОЛОДЕН -- НЕ ПОДХОДИ!
-- Вы не похожи на человека, который может дать в морду какому-нибудь подвыпившему нахалу. Способны за себя постоять не только на сцене, но и, скажем, в метро?
-- Почему нет? И такое бывало. Правда, я не люблю ездить в метро. На улице люди еще хотя бы "держат лица", изображая подобие улыбки, а когда в метро спускаются... Я в жизни достаточно трезвый человек -- понимаю, что сколько стоит и почем фунт лиха. Если надо будет, я надену масочку и пойду к чиновнику. Но я не прагматичен, не умею копить деньги. А деньги, как известно, любят деньги.
-- На что же вы их тратите?
-- На путешествия, на подарки. Очень люблю из поездок привозить мешок всякого разного и смотреть, как сын и жена всему этому радуются.
-- У вас есть дача с бассейном? Или с грядками?
-- Бассейна нет, а дача есть. Зеленый газон и грядка. (Весело.) "Грядка лука в огороде, сажень улицы в селе..." Никогда не считал, что художник должен быть голодным. Приехать после спектакля к друзьям, у которых есть сауна, попариться, потом поплавать в бассейне, посидеть в тишине, просто побыть вдалеке от сутолоки -- кому от этого хуже? Да, нельзя быть зажравшимся, но зачем быть голодным? Я, кстати, в таком состоянии вообще ничего делать не могу. Типично мужское качество: если голоден, ко мне не подходи. По тому как я вхожу в дом, моя Леночка всегда знает: нужно кусочек чего-то положить мне в рот и тогда можно разговаривать о чем угодно.
ДА, Я СНЯЛСЯ ДЛЯ "ПЛЕЙБОЯ"! ПОЧЕМУ НЕТ?
-- Позвольте узнать, а как вы в "Плейбой" попали?
-- Позвонил Артем Троицкий и предложил сняться для "Плейбоя". А я ему: "Вы что, с ума сошли? Я ж не до такой степени себя люблю!" Он объяснил, что у них специальная страничка с фотографиями известных людей в хороших красивых нарядах, да еще и сниматься это будет на Кипре. Почему нет? Я на Кипре никогда не бывал. И поехал. Жил в шикарных апартаментах, холодильник -- прямо в номере -- весь забит ликерами, водками, коньяками (я, правда, не пил -- была последняя Страстная неделя). А когда потом фотографии посмотрел, они мне очень понравились.
-- А если б предложили сниматься обнаженным?
-- (Категорично.) Нет-нет, ну что вы. Для чего? Здесь, кстати, важно даже не мое отношение, а ваше. Что напишут господа журналисты?
-- Могли б поэкспериментировать.
-- Зачем с вами экспериментировать? (С досадой.) Я, если честно, иногда не понимаю и пугаюсь того, что пишут в газетах. Знаю, раз выбрал эту профессию -- терпи. Но когда пишут заведомую ложь, она ведь может убить! Говорят, Сахаров умер, когда прочитал про себя какую-то гадость -- сердце не выдержало. Это чудовищное убийство. Вот ищу смысл и не нахожу: ну пишите про меня, что хотите, мне лично наплевать. Но есть же дети! Есть жены, друзья, врачи, которые могут поверить этому слову. И что потом? Оправдываться?
-- Признайтесь, вы азартный человек?
-- Я азартен в жизни, азартен в профессии, азартен в любви. Дико азартен возле столика рулетки, поэтому не играю. Не дай Бог я поставлю на число и оно выпадет, и мне придвинут вот такую гору фишек -- все, пропал. Я однажды просадил все, что у меня было, и у друзей еще одолжил. В общем, лет девять назад сказал себе -- больше не играю.
-- Вы иногда задумывались над тем, как сложилась бы ваша жизнь, если бы вы, как хотели, стали врачом?
-- А что было бы, если б я не поступил в Москве, если б не встретил жену, если б остался с одной девочкой, которая была в институте... Поверьте, хуже всего думать о том, как сложилась бы жизнь, если б пошел другой дорогой. Об этом можно только фантазировать. Но это фантазии не созидательные.