1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
Выпуск газеты Сегодня №119 (374) за 01.07.99
Выпуск газеты Сегодня №119 (374) за 01.07.99
Я ЖИВ -- ЭТО УЖЕ МНОГО!
Эммануил, или "Эма" (как его любовно окрестили коллеги), Виторган -- любимец телезрителей. И это без преувеличения. Кто еще так талантливо смог доказать, что "главное -- чтобы костюмчик сидел" ("Чародеи"), или столь обворожительно сыграть белогвардейца Никитского ("Кортик"), что даже работники МВД пригласили Эму к себе -- на творческие посиделки.
Мы дозвонились к актеру в Москву рано утром - и то с третьей попытки. Неутомимый "Дон Филипп" ("Благочестивая Марта") забежал домой только на минутку -- отдохнуть в перерыве между репетициями.
-- Эммануил Гедеонович, как вы сейчас живете? Много ли снимаетесь?
-- Ну, во-первых, я жив -- это уже много. А что касается кино, то, к огромному сожалению, я уже года полтора не слышу этого сладкого слова "мотор". Хотя были многочисленные предложения, но очень несерьезные. Поэтому стабильно отказываюсь.
-- Вам интересны работы молодых российских режиссеров?
-- Смотря кто и что делает. Вообще то, что есть молодые талантливые ребята, -- это уже хорошо. За последнее время я немало картин посмотрел просто с удовольствием. Если брать это поколение, то отмечаю фильмы младшего Тодоровского, Евстигнеева, Хвана. Радостно, что понемногу они становятся основным поколением киношников в России. Дай им Бог!..
-- А на что сегодня уходят ваши силы?
-- Я человек театра. А работы в театре очень много. Знаете, нынешний сезон для меня юбилейный, поэтому я решил максимально успеть и сделать все, что мне хочется. Уже было три премьеры и еще будет две.
-- Не испытываете ностальгии по тем временам, когда снимались в "Чародеях", когда роли сыпались, как из рога изобилия?
-- Конечно испытываю! Всегда с удовольствием снимался. Я очень благодарен кино -- работа в нем здорово помогала, и в театре тоже. До сих пор испытываю огромное желание сниматься , а главное -- есть силы и осознание того, что можешь быть полезен. Увы, наша профессия такова, что выбираем не мы, а нас. А я все равно верю, что если не сейчас, то выберут в следующий раз. Будем оптимистами!
-- Не испытывали порой соблазна стать за "режиссерский пульт" и выбирать самому?
-- Еще как! Но желание это в кино не реализовалось, зато в театре я только что выпустил спектакль под названием "Шаман Бродвея" по очень симпатичной американской пьесе. Речь идет о взаимоотношениях отца и сына. Так как сын у меня артист театра имени Ленинского комсомола, для меня эта тема особенно актуальна. Между прочим, мы оба играем в моей постановке.
-- Признайтесь, вы помогали сыну постигать азы актерского ремесла и пробиваться через тернии?
-- (Со скептическим смехом.) Да нет, ну что вы, какая там помощь! Ну разве что фамилию преподнес. Он у нас не просто самостоятелен, но и абсолютно щепетилен в этом отношении. Если б он узнал, что мы хоть слово произнесли кому-то, -- ушел бы и не оглянулся. Мы сначала скандалили, просили, говорили: может, не надо в актеры идти-то. Но он все равно сделал так, как хотел.
-- Ну он вам тоже кое-что преподнес -- внучку, например.
-- О да, внучка совершенно замечательная. Только вот времени с ней провожу не так много, как хотелось бы.
-- Эммануил Гедеонович, что в сегодняшней жизни вас по-настоящему радует, а что раздражает?
-- Радует работа. А раздражает... (Заливисто хохочет.) Ч-черт его знает!.. Наверное, масса бытовых мелочей, которыми никогда нет желания заниматься и тратить на это жизнь. Хотелось бы делать большое дело. А еще хочется, чтобы родные и близкие были обеспечены.
-- Вы в театре загружены "под завязку". Это дает материальную независимость?
-- Театр никогда, к сожалению, не позволял ощутить вкус материальной независимости. Театр, увы, -- только духовная ценность, которая в нашей стране почти не оплачивается.
-- А к съемкам в рекламе как вы относитесь?
-- Очень хорошо. Почти никогда не отказываюсь от подобных предложений и считаю, что это дело именно нашей профессии. (Игриво.) А я еще и так называемые тусовки люблю. Мне нравится на них бывать, видеть хорошо одетых людей, встречать тех, кого я давно не видел, и даже тех, кого еще не знаю. Я с удовольствием общаюсь с коллегами по цеху, да и не только с ними -- вот с вами, видите, сколько времени говорю...
Мы дозвонились к актеру в Москву рано утром - и то с третьей попытки. Неутомимый "Дон Филипп" ("Благочестивая Марта") забежал домой только на минутку -- отдохнуть в перерыве между репетициями.
-- Эммануил Гедеонович, как вы сейчас живете? Много ли снимаетесь?
![]() |
-- Вам интересны работы молодых российских режиссеров?
-- Смотря кто и что делает. Вообще то, что есть молодые талантливые ребята, -- это уже хорошо. За последнее время я немало картин посмотрел просто с удовольствием. Если брать это поколение, то отмечаю фильмы младшего Тодоровского, Евстигнеева, Хвана. Радостно, что понемногу они становятся основным поколением киношников в России. Дай им Бог!..
-- А на что сегодня уходят ваши силы?
-- Я человек театра. А работы в театре очень много. Знаете, нынешний сезон для меня юбилейный, поэтому я решил максимально успеть и сделать все, что мне хочется. Уже было три премьеры и еще будет две.
-- Не испытываете ностальгии по тем временам, когда снимались в "Чародеях", когда роли сыпались, как из рога изобилия?
-- Конечно испытываю! Всегда с удовольствием снимался. Я очень благодарен кино -- работа в нем здорово помогала, и в театре тоже. До сих пор испытываю огромное желание сниматься , а главное -- есть силы и осознание того, что можешь быть полезен. Увы, наша профессия такова, что выбираем не мы, а нас. А я все равно верю, что если не сейчас, то выберут в следующий раз. Будем оптимистами!
-- Не испытывали порой соблазна стать за "режиссерский пульт" и выбирать самому?
-- Еще как! Но желание это в кино не реализовалось, зато в театре я только что выпустил спектакль под названием "Шаман Бродвея" по очень симпатичной американской пьесе. Речь идет о взаимоотношениях отца и сына. Так как сын у меня артист театра имени Ленинского комсомола, для меня эта тема особенно актуальна. Между прочим, мы оба играем в моей постановке.
-- Признайтесь, вы помогали сыну постигать азы актерского ремесла и пробиваться через тернии?
-- (Со скептическим смехом.) Да нет, ну что вы, какая там помощь! Ну разве что фамилию преподнес. Он у нас не просто самостоятелен, но и абсолютно щепетилен в этом отношении. Если б он узнал, что мы хоть слово произнесли кому-то, -- ушел бы и не оглянулся. Мы сначала скандалили, просили, говорили: может, не надо в актеры идти-то. Но он все равно сделал так, как хотел.
-- Ну он вам тоже кое-что преподнес -- внучку, например.
-- О да, внучка совершенно замечательная. Только вот времени с ней провожу не так много, как хотелось бы.
-- Эммануил Гедеонович, что в сегодняшней жизни вас по-настоящему радует, а что раздражает?
-- Радует работа. А раздражает... (Заливисто хохочет.) Ч-черт его знает!.. Наверное, масса бытовых мелочей, которыми никогда нет желания заниматься и тратить на это жизнь. Хотелось бы делать большое дело. А еще хочется, чтобы родные и близкие были обеспечены.
-- Вы в театре загружены "под завязку". Это дает материальную независимость?
-- Театр никогда, к сожалению, не позволял ощутить вкус материальной независимости. Театр, увы, -- только духовная ценность, которая в нашей стране почти не оплачивается.
-- А к съемкам в рекламе как вы относитесь?
-- Очень хорошо. Почти никогда не отказываюсь от подобных предложений и считаю, что это дело именно нашей профессии. (Игриво.) А я еще и так называемые тусовки люблю. Мне нравится на них бывать, видеть хорошо одетых людей, встречать тех, кого я давно не видел, и даже тех, кого еще не знаю. Я с удовольствием общаюсь с коллегами по цеху, да и не только с ними -- вот с вами, видите, сколько времени говорю...